(no subject)

Я не умею фотографировать запах трав. Ветер на крутых валах, бывших когда-то основой цитадели. Звуки цикад и тревожные птичьи переклички. Шелест трав за спиной, когда стоишь на холме и смотришь в небо. Пронзительное тепло утреннего солнца, напитывающего тело. Тишину и ощущение покоя.
А ведь именно за всем этим мы ездим к крепости Св.Анны, в поля, на двадцать с лишним километров от Ростова.
Collapse )

перед тем, как сделать шаг

* * *

Время души. Ошалело и одичало

дать волю дыханию, росту, раскрыть глаза.
Миг до полета. Быть ему. Но сначала -
выйти за грани. Замыслы. Выйти за.

Крушить свой мир, что навис скорлупой яичной -
каждый птенец познает это ремесло.
Так ты выходишь за рамки — своих приличий,
личности, обезличенности и слов.

То, что казалось раньше не по уставу
и не по росту (не вовремя, не с руки...)
Брось, - ты не можешь больше не делать ставок.
Ставки теперь исключительно высоки.

Жить наугад, искать, постигать и ведать,
гибкость внутри — ты словно живая ветвь...
...Это проснулось чувство твоей победы.
И не дает тебе пропустить рассвет.

Внезапно "наша" птица

Череду странных питомцев, вслед за осенней бабочкой, этой весной у нас пополнил голубь.

Это на верхних этажах высотных домов голубями никого не удивишь (и, скорее, всего, не обрадуешь), а нашем частном секторе голубь — птица редкая. Почти экзотичная. Ну не бывает их тут обычно.
Нелетающего голубя мы обнаружили у себя под забором, возвращаясь с прогулки. Стоило открыть ворота, он зашел во двор, деловит и неспешен. И, таким образом, стал нашим временным квартирантом. Как потом оказалось, это был птенец, еще не научившийся толком пользоваться крыльями.

Что делать — приняли, разместили в просторной коробке, пряча от окрестных котов, кормили мягкой пищей (твердую он есть еще не научился). Выпускали, время от времени, во двор — размяться и опробовать крылья. Так он прожил у нас неделю или чуть больше.

Когда летать у него, наконец, стало получаться, он нас покинул.

Мы полагали, насовсем. Но на следующее утро же утро он вернулся к нам завтракать. И, день за днем, прилетал ежедневно, а то и дважды в сутки. Прохаживался по двору, терпеливо ожидая угощения.

Сегодня объявился снова, после недельного перерыва.
Задумчиво побродил по знакомым крышам, дорожками и ступеням. Основательно пообедал. Как сказал Серега, «заправился до полного бака».

Когда «топливо» закончится, ждем его снова в гости.
Теперь у нас тут снабженческая база и аэродром подскока для отдельно взятого голубя.

13 апреля 2016

Очень мне странна эта весна.
Ощущать ее. Видеть везде ее непререкаемые, несомненные приметы.

После зимы, которой в этом году у меня не было.


Ощущение, что сейчас весна, а вот до нее в календаре был какой-то провал. Серый и внесезонный.
Декабрь прошел в другом краю, где зимы не было вполне официально и на законных правах.
Январь и большую часть февраля я проболела, проведя, в основном, дома, в четырех стенах. В шерстяных носках, для надежности.
А если все-таки выбиралась за пределы своей осажденной зимними холодами крепости, как правило, ненадолго и мимолетно...
Память почти не сохранила ощущений от этих вылазок — внутренних подтверждений наличию зимы в этом году. Какая была погода? Что я чувствовала при этом?.. Было ли холодно?.. Провал, пустота и недоумение вместо ответа...
Впервые со мной такое — зима была только в календаре. Время, отведенное на нее, дошло до адресата, но абсолютно лишенное привкусов, признаков принадлежности ко временам года.

Зато весна — есть. Настоящая.
Как будто вместе с ее стартом — первыми крокусами на клумбе, одуряющим запахом цветущих деревьев, теплым ветром, обновленной листвой, трогательной в своей беззащитности, — у меня включили разом все органы чувств. И они сонастроились с тем, что происходит в апреле с окружающим миром.
И к этому надо как-то привыкнуть.

12 апреля

Во время утренней прогулки встретилось сегодня. Аккурат ко Дню космонавтики.

В другой день, возможно, не обратили бы внимания.

С праздником всех причастных и сочувствующих!
С приветом от неизвестных ценителей творчества Тарковского.

11 февраля 2016

Я, конечно, понимаю, что мой ЖЖ мало годится для перепостов, слишком малочитаемый, да и столько времени совсем мной заброшенный.
Но вдруг эта запись попадется на глаза кому-нибудь, у кого будет возможность и желание помочь, хоть небольшой суммой...

* * *
Когда мы познакомились с Володей Данихновым, давно, в далекие студенческие годы, он поразил меня одним качеством, а именно - умением мечтать. В то время как многие из наших ровесников, уходя в самокопания и сомнения, шли на компромисс со своими желаниями, не давали себе смелости поверить в реальность их достижения, Вовка был достаточно отважным, чтобы этого не делать. Он уже тогда не сомневался, что хочет быть писателем. И шел к своей мечте.

Тогда это казалось мне несколько самонадеянным. Только годы спустя я поняла, что так видилось вследствие моего собственного малодушного неумения верить в себя, в свои силы, следовать за мечтой...
Когда мы встретились через сколько-то лет, стало очевидно, что все у него получилось. Разве могло не получиться?..


...А сейчас Вовка болен. У него рак. Была одна операция, сейчас требуется вторая.

С теми же целеустремленностью и упорством, он борется с болезнью. И у него есть все шансы выйти победителем.

Тем более, при такой поддержке близких. У него прекрасная семья, самый надежный тыл - любящая, героическая жена Яна, двое детей - не по годам рассудительный Влад и маленькая темноглазая Майка, всегда знающая, чем растрогать папино чувствительное сердце.

Но, как водится, борьба с такими серьезными болезнями - дело затратное, в одиночку не потянуть.
Поэтому семья Володи просит о помощи.
Здесь - подробности и реквизиты.

Если есть возможность, помогите, пожалуйста.
Пусть мечты продолжают сбываться.

Бабочка, продолжение истории

Мы, конечно, придурки, если подумать. Мне кажется, большая часть знакомых, слыша эту историю, относится примерно так. Еще бы, из столь незначительной мелочи сотворить такое событие...
И все-таки...


***
Внезапно вспомнилось.
Как-то в детстве мы играли с братом в Олимпийских богов.


Пантеон богов был поделен на две неравные части. В мое ведение передали тех, что попроще и понятнее — те, в чьей компетенции земля с животными и растениями, плодородие, искусства и другие формы созидательного труда, словом, в основном, положительные типажи и несложные характеры... Брату достались те, в чьем ведении были неоднозначные сферы жизни, мятежные, противоречивые персонажи... Брат же старше на целых пять с половиной лет, умнее, изобретательнее, а про богов Древней Греции уже успел пройти в школе... И школьный материал получил, благодаря его творческой фантазии, такое живое и неожиданное продолжение.

Роль горы Олимп выполняла полка для книг и игрушек, собранная папиными руками.
А сами боги были слеплены из пластилина (по сей день зрительно помню только зловещий облик Аида, хозяина преисподней...)
Территорию у основания Олимпа заселяли люди, животные, растения.
Боги, как положено, выстраивали отношения, ссорились, мирились, позволяли себе интриги, покровительствовали людям, наказывали ослушавшихся, словом, вели нормальную, если не сказать обыденную божественную жизнь.
Люди устраивали нехитрый быт, осваивали ремесла, охотились, возделывали землю... И все это не без помощи богов, разумеется.

Но был казус, о который «спотыкалась» наша увлекательная игра.
Когда дело касалось традиционной охоты людей на животных, божественные силы в моем лице восставали и отказывались жертвовать живыми существами... Пытались воспрепятствовать процессу. Предпринимали попытки спрятать скопом всех моих "подшефных" зверей и, тем самым, уберечь от алчных охотников.

«Ты пойми», - втолковывал мне брат: «невозможно спасти всех»...
Но меня, шестилетнюю, вымораживало от этой мысли.
Как это, невозможно спасти всех?!. Должен же быть способ... И как же можно не пытаться это сделать?..

***
На прошлой неделе, у нас внезапно появилась бабочка.
Первые четыре дня своей крылатой жизни она прожила в нашем доме.

Collapse )

удивительное

В Адыгее было холодно, особенно первые дни. Утро встречало студеным воздухом. Ночь оставляла на листьях отпечаток — инеем, тонким ледяным контуром, безжалостным и прекрасным.
А днем солнце, если ему удавалось пробиться сквозь облака, протаивало окошко в подступающей осени. И можно было наслаждаться, напитываться теплом, танцевать на поляне, собирать травы, стойко пережившие первые заморозки. И поражаться, сколько в них силы и жизнелюбия.



Вообще, в этой поездке было чему удивляться. Подмечать, учиться, брать с собой.
Но вот уже третий день, как я дома.

А сегодня утром на наших глазах случилось чудо.

Collapse )

Куда приводит радужная дорога

Город Медвежьегорск — самый северный город, где нам довелось бывать.
Глухое место, медвежий угол. Берег холодного, сурового Онежского озера, перекатывающего свои тяжелые, свинцовые воды.

Когда мы выехали из Питера, мы особо не загадывали, куда доберемся за день и где решим остановиться.
Старого знакомого — г.Петрозаводск — решили оставить напоследок. И двинулись дальше. Базы у разрекламированного в сети оз.Сандал, как и само озеро, не впечатлили. Позади остался поворот на Кондопогу с силуэтами дымящихся труб...
По дороге стали встречаться первые на нашем пути участки федеральной трассы вовсе без покрытия сотовой связи. Правда, пока еще не слишком протяженные, в десяток-другой километров, а вот если забираться еще дальше на север...
Ориентир в виде радуги, маячившей над дорогой, вывел нас к залитому золотым предзакатным солнцем берегу Онеги.

Collapse )

(no subject)

Неделя дома. И почти каждую ночь снятся дороги. Автотрассы и пешеходные тропы, просторные или почти непролазные, живописные и без изысков. Мне в новинку такое уверенное единство сюжетов, из ночи в ночь. Такое последовательное проживание — шаг за шагом, километр за километром. Хотя, чувствую, что это и естественно — несмотря на возвращение, начатый путь еще продолжается, продолжается поиск, вызревание найденных решений, внутреннее движение.

И это не просто инерция после пяти тысяч трехсот километров, оставленных за спиной.

Неделя дома. И пока не найдено нужных слов для рассказа, о том, какой была эта ошеломляющая поездка.
Она, бесспорно, очень значима для меня, для нас. Иное течение времени, много находок и подарков, важных решений, осязаемых чувств, того, что укореняется внутри, и тебе уже не стать прежним, и еще много всего невыразимого.


Такой была дорога на подъезде к Медвежьегорску.

Словно ответом на слезы, сомнения, усталость от непростых эмоций, над дорогой вдруг вырос столб радуги. И было ощущение, что он — продолжение трассы, по которой мы едем. Будто дорога не кончается горизонтом, а поднимается выше сияющим разноцветием.
Так вдохновляюще...